Регулировать сферу и вести реестр операторов рассрочки будет Центральный банк. В реестр обязаны войти те, кто уже выдает потребительские кредиты, если их квартальный оборот превышает 500 млн сумов, а доля продаж в рассрочку — от 50%.

Теперь таким компаниям придется соблюдать требования ЦБ, проверять клиентов при онлайн-продажах, проводить онлайн-верификацию и передавать данные о рассрочках в кредитные бюро.

Рассрочку можно будет оформить максимум на 12 месяцев, все штрафы и пени вместе не могут превышать 50% годового платежа, а сам товар в рассрочку не может стоить дороже 250 БРВ. При этом операторам запрещено выдавать обычные кредиты или брать деньги у населения напрямую.

Снизит ли новый порядок нагрузку на население или, наоборот, сделает рассрочку еще доступнее и опаснее, и что будет с теми, кто не потянет платежи, — Spot обсудил с экспертами.

советник председателя набсовета «Универсалбанк», экс-зампредседатель правления «Капиталбанка»

Сейчас любая компания уже может продавать товары и услуги с оплатой в рассрочку. Такое право предусмотрено законом о потребительском кредите. Получается, что уже сейчас потребительский кредит считается рассрочкой, а выдавать его могут производители и организации, которые реализуют этот товар или услуги.

Поэтому нынешние изменения касаются не столько самой возможности продавать в рассрочку, сколько учета таких операций и их регулирования.

Сегодня фактически существуют два рынка рассрочки. Первый — регулируемый, где работают банки и микрофинансовые организации (МФО). На этом рынке все процедуры проводятся с соблюдением требований Центробанка, сделки регистрируются в кредитном бюро и по ним есть официальная статистика.

Второй — нерегулируемый: это юридические лица, специально созданные для работы с рассрочкой, и торговые ритейлеры. На этом рынке сейчас нет тех же требований к оценке долговой нагрузки, а обязательства по рассрочке не отражаются в кредитных бюро и учитываются на балансе компаний просто как прочая дебиторская задолженность.

Именно поэтому я не считаю корректным говорить, что новые правила сами по себе приведут к росту закредитованности. Рассрочка уже давно является одним из каналов формирования долговой нагрузки наряду с кредитами и микрозаймами. Проблема сейчас в другом: значительная часть этих обязательств просто не видна в общей статистике.

В результате искажается и система скоринга. Когда при расчете долговой нагрузки клиента не учитываются его обязательства по рассрочкам, невозможно объективно оценить, сколько долгов у него уже есть и насколько он способен обслуживать новый. Сейчас официальная статистика Центрального банка учитывает рассрочки банков и МФО, но не показывает в полном объеме рассрочки, которые предоставляют юридические лица на нерегулируемом рынке.

А новые изменения позволят пополнить официальную статистику ЦБ такими операциями и наконец оценить реальный масштаб рассрочки на рынке. Это, в свою очередь, позволит лучше управлять размером закредитованности населения. Плюс появятся единые правила для игроков рынка, в том числе ограничения по дополнительным платежам.

Подобный подход уже применяется в других странах. Например, в Казахстане компании, которые предоставляли рассрочку, также работали с определенными ограничениями, а теперь для такой деятельности им необходимо получать лицензию МФО. В рамках борьбы с перекредитованностью это хороший инструмент для контроля, поскольку позволяет учитывать такие обязательства при оценке долговой нагрузки.

По этой же причине я не ожидаю роста банкротств именно из-за рассрочки. Сегодня человек, попавший в кредитную кабалу, нередко пытается перекредитоваться, привлекая все новые займы под более высокие проценты. Это очень плохо, поскольку нельзя давать физическому лицу новый кредит, если он находится в преддефолтном состоянии по предыдущим займам: таким образом его затаскивают еще глубже в кредитную яму.

Нововведения должны этому препятствовать, поскольку обязательства по рассрочке также будут учитываться при расчете коэффициента долговой нагрузки, а юридическое лицо, предоставляющее рассрочку, будет обязано проверять этот показатель до одобрения.

При этом уровень финансовой грамотности населения пока ниже ожиданий. Люди не всегда понимают реальную стоимость рассрочки. Например, покупая автомобиль в рассрочку, покупатель может даже не подозревать, что это обычный классический автокредит с нулевой ставкой, которую фактически субсидирует дистрибьютор или автопроизводитель.

Другой пример: покупая смартфон в годовую рассрочку с переплатой 40%, человек не думает, что тот же смартфон можно приобрести за счет обычного банковского микрозайма с меньшей переплатой. Поэтому регулятор пытается урегулировать этот процесс так, чтобы покупатели ясно понимали, сколько они заплатят по сравнению с покупкой без рассрочки.

Говоря о финансовой грамотности, я бы также обратил внимание на другую сторону — депозиты на нерегулируемом рынке. Мы помним опыт кредитных союзов в 2010-х годах, когда физические лица несли туда свои сбережения, а затем многие такие организации банкротились. Одна из целей сегодняшних нововведений — не допустить подобных потерь населения по депозитам на нерегулируемом рынке.

И в итоге, при любом дефолте физического лица прямая нагрузка ложится на кредитора, а косвенная — на государство. Поэтому задача нового нормативного акта — перевести все кредитные процессы в единое регулируемое поле и выстроить единые и понятные правила игры.

Я думаю, что получить статус оператора рассрочки сможет достаточно широкий круг компаний, но сам процесс предоставления рассрочки станет сложнее. Появятся дополнительные этапы в кредитном процессе, прежде всего необходимость рассчитывать долговую нагрузку клиента.

И это приведет к снижению уровня одобрения заявок.

Но я считаю, это адекватная плата за перевод рынка в регулируемое поле. Регулятор поэтапно усиливает контроль, предотвращает перекредитованность населения и снижает риски мошенничества. И введение единых правил для всех игроков создаст более понятное конкурентное поле.

В краткосрочной перспективе получить рассрочку может стать немного сложнее: торговые ритейлеры начнут проверять кредитную нагрузку заемщиков при рассмотрении заявки, что повлияет на показатель одобрения заявок.

Но в среднесрочной перспективе изменения дадут положительные результаты. Регулируемый рынок повысит доверие населения к финансовым продуктам и привлечет дополнительные инвестиции. Инвесторы охотнее будут вкладываться в торговых ритейлеров, у которых правильно выстроены процессы и которые работают в рамках реестра ЦБ.

Так что в конечном итоге главное изменение я вижу не в том, что рассрочка станет более доступной или менее доступной. Она станет более прозрачной для регулятора, бизнеса и потребителя. Когда все обязательства будут видны, их можно будет учитывать при оценке долговой нагрузки и принимать решения уже на основе полной картины финансового положения человека.

член экспертного совета Финтех-ассоциации по BNPL, экс-глава по развитию финтех-проектов UZCARD.

Я в целом положительно оцениваю введение регулирования для рынка рассрочки. Этот рынок уже существует, поэтому появление единых правил игры — скорее правильный шаг. Но важно, чтобы доступ к рынку не означал отсутствие требований к финансовой устойчивости компаний.

Конечно, есть и риск роста закредитованности. Чем доступнее финансовый продукт, тем выше вероятность, что человек будет одновременно набирать несколько обязательств. Особенно опасно, когда рассрочка оформляется без оценки платежеспособности клиента. Поэтому здесь очень важны кредитные бюро, обмен информацией между операторами и кредитными организациями и контроль долговой нагрузки до выдачи рассрочки, а не после возникновения проблем с платежами.

Есть и другая проблема — восприятие самого продукта. На мой взгляд, люди пока не всегда понимают, во что они ввязываются, когда оформляют рассрочку. Слово «рассрочка» психологически звучит гораздо легче, чем «кредит». Человек видит небольшой ежемесячный платеж и может не оценить, сколько обязательств у него уже есть. Поэтому прозрачность договора и понятное отображение полной стоимости здесь принципиально важны.

Важно, чтобы потребитель не рассматривал рассрочку как «безопасную альтернативу кредиту». Для клиента это тоже финансовое обязательство, и он должен понимать его полную стоимость и то, какую нагрузку оно создает для его бюджета.

Постановление также устанавливает ограничения на комиссии, штрафы, пени и другие дополнительные платежи. Я бы не называл прямой легализацией процентов. Это верхний предел для дополнительных платежей. Но для потребителя важнее не название платежа, а итоговая сумма, которую он заплатит. Если оператор получает доход через комиссии и другие платежи, для клиента это все равно является стоимостью рассрочки. Поэтому смотреть нужно прежде всего на итоговую сумму.

При этом получить статус оператора, просто зарегистрировав компанию, будет недостаточно. Организация должна попасть в специальный реестр и соблюдать требования Центрального банка, в том числе пруденциальные нормативы.

Но отдельный вопрос — насколько эффективно ЦБ сможет контролировать всех участников рынка? Банков и МФО относительно немного, а потенциальное количество операторов рассрочки может быть значительно больше — до и выше 1 тыс. организаций, предоставляющих такие услуги по всей стране.

Поэтому традиционного подхода к надзору здесь может быть недостаточно. Нужны автоматизированный обмен данными, риск-ориентированный надзор и регулярный мониторинг показателей операторов. Если контроль будет в основном ручным, то его эффективность действительно может оказаться ограниченной.

Также есть риск, что появятся недобросовестные операторы. Но сам официальный реестр уже станет определенным фильтром: компания должна соответствовать установленным требованиям и находиться под надзором. При этом я бы не рассчитывал только на контроль договоров со стороны ЦБ. Большую роль будут играть прозрачность условий, жалобы клиентов, мониторинг рекламы и автоматический анализ данных по просрочкам и долговой нагрузке.

Если заемщики не смогут справляться с платежами, в первую очередь потери понесет та сторона, которая принимает решение о предоставлении рассрочки и неправильно оценила кредитный риск. Поэтому качество оценки клиента будет одним из ключевых факторов устойчивости рынка.

В перспективе двух-трех лет я ожидаю консолидацию рынка. Часть небольших компаний не сможет соответствовать требованиям ЦБ, а крупные игроки будут усиливать свои позиции. При этом сама рассрочка станет больше похожа на полноценный финансовый продукт — с кредитной историей, оценкой долговой нагрузки, скорингом и более прозрачной стоимостью.

В целом регулирование должно сделать рынок более прозрачным. Но его результат будет зависеть не столько от самого факта появления реестра, сколько от того, насколько качественно на практике будут работать скоринг, кредитные бюро, контроль долговой нагрузки и надзор ЦБ.