Конституционный закон закрепляет за центром статус специальной территории и устанавливает особый правовой режим. В его пределах предполагается создавать, тестировать и внедрять цифровые продукты, услуги и инновации, а также привлекать инвестиции и развивать экспорт.

Специальный правовой режим будет действовать до 2100 года. В Сенате заявили, что такой длительный срок должен позволить иностранным инвесторам планировать крупные вложения на 40−50 лет вперёд.

Во время обсуждения сенатор Малика Кадирханова обратила внимание на продолжительность этого периода. Она отметила, что цифровые технологии меняются особенно быстро — новые программные продукты появляются «не каждый год, а каждый месяц», и спросила представителей Министерства цифровых технологий, основан ли срок до 2100 года на экономических расчётах или международном опыте.

«Срок составляет более 70 лет. Поэтому хотелось бы понять его обоснование», — сказала она.

Заместитель министра цифровых технологий Жамол Махсудов пояснил, что при определении срока изучался зарубежный опыт. По его словам, аналогичные режимы в Катаре и Ирландии не ограничены конкретным сроком, в Дубае специальный режим устанавливается на 50 лет с возможностью дальнейшего продления, в Казахстане — до 2026 года.

«Срок до 2100 года в Узбекистане определён с учётом повышения привлекательности страны для инвестиций и деятельности, а также вхождения международных компаний», — сказал он.

Одной из ключевых особенностей центра станет отдельный порядок правового регулирования.

После доработки закон предусматривает возможность в необходимых случаях применять в центре принципы и нормы английского общего права и права справедливости — при условии, что они не противоречат Конституции Узбекистана, самому конституционному закону и актам центра.

Кроме того, решения, принимаемые центром в пределах его юрисдикции, будут иметь приоритет перед иными нормативно-правовыми актами, которые им противоречат. Исключение составляют Конституция, конституционный закон о центре и ратифицированные Узбекистаном международные договоры.

В центре также предусматривается особый порядок применения административной ответственности. Согласно представленной в Сенате редакции, в отдельных случаях в первую очередь должны применяться экономические, гражданско-правовые и иные регуляторные меры, а перечень соответствующих нарушений и мер будет определяться решениями совета центра.

Авторы закона считают, что такой подход соответствует практике международных финансовых центров, позволит сделать правовую среду более предсказуемой и уменьшить административное давление на участников. При этом отдельно подчёркивается, что специальные нормы о юрисдикции центра не должны трактоваться как ограничение полномочий правоохранительных органов.

В отношении участников центра также смогут устанавливаться дополнительные требования по противодействию легализации преступных доходов, финансированию терроризма и распространению оружия массового уничтожения.

Закон предусматривает возможность предоставления участникам центра отдельных регуляторных преференций. Среди них — временное освобождение от некоторых требований законодательства или решений центра, упрощение отдельных лицензионных и разрешительных процедур, а также доступ к инфраструктуре, исследовательским лабораториям и экспертным консультациям.

Основными направлениями центра должны стать искусственный интеллект, цифровая трансформация, R&D, стартапы и дата-центры. До 2030 года через него планируется привлечь до 1000 компаний, создать более 300 тысяч рабочих мест и обеспечить экспорт услуг на 5 млрд долларов.

Идея отдельного правового режима для IT-компаний обсуждалась ещё в декабре 2023 года во время визита президента в Министерство цифровых технологий. В феврале 2024 года Шавкат Мирзиёев подписал указ о создании Международного центра цифровых технологий — International Digital Technology Center, или Enterprise Uzbekistan.

Это уже второе рассмотрение конституционного закона в Сенате.

Ранее Законодательная палата приняла документ и направила его в верхнюю палату парламента, однако на 17-м пленарном заседании Сенат его отклонил. Сенаторы указали на необходимость привести ряд положений в соответствие с действующим законодательством и согласовать их с правовой моделью Ташкентского международного финансового центра.

Для устранения разногласий была создана согласительная комиссия с участием депутатов, сенаторов, представителей правительства, министерств и ведомств. После этого, как сообщалось на заседании, была повторно рассмотрена каждая норма закона.

В частности, были уточнены сфера действия закона, соотношение актов центра и законодательства Узбекистана, применение английского права, вопросы административной и уголовной юрисдикции, а также требования в сфере противодействия отмыванию денег и финансированию терроризма.

Схожую процедуру ранее прошёл конституционный закон «О Ташкентском международном финансовом центре». Согласно представленному в Сенате докладу, его первоначальная редакция также была отклонена верхней палатой — на 16-м пленарном заседании — после чего документ доработала согласительная комиссия.

Закон о Ташкентском международном финансовом центре предусматривает специальный правовой режим, Международный коммерческий суд, применение механизмов английского права, отдельное регулирование банковской и инвестиционной деятельности, страхования, рынка ценных бумаг, платёжных систем, исламских финансов и финтеха.

При доработке закона были, в частности, уточнены механизмы применения английского права, юрисдикция Международного коммерческого суда, требования к налоговому резидентству и минимальным инвестициям, проверке происхождения средств и бенефициаров, а также правила свободного движения капитала и репатриации доходов.